Одеколон лиго праздничный запах знакомый с детства

Духи Духи "Рижская сирень" 15мл Трогательное ретро. Нежный дуэт романтической | Парфюмерия

телешоу «Цвет нации» и «Лига наций» Нравится запах одеколона 2. . Хотя многие мои знакомые, к сожалению скорее, заморачиваются по поводу . День святого валентина испортили праздник Запах мыла, знакомого c детства, запах жжёных листьев, такой же одеколон, как тот, который давным -давно был у папы Я вот сегодня шёл по улице и из открытого окна повеяло точь-в-точь запахом бабушкиных пирожков. . Лига путешественников. Ещё покупала духи "Ноктюрн", такие красивые и так похожие на французские, . Весенние, Вечерние, Праздничные, Белую Сирень, Нарцис, Табак, . Отлично помню запах розы, настоящей живой розы. . Dzintars 21 и мужским одеколоном Лиго fabgacepha.tk

Знаменитый парфюмер Эдмон Рудницка писал: Эта схема предполагает несколько этапов: Из них для нас наиболее интересна стадия оформления "послания", посколь- ю ку именно в этот момент активно подключается смысловое поле культуры: Таков самый условный алгоритм обонятельного впечатления: Культурный контекст включает, например, такой параметр, как ситуативная неуместность. Запах бензина нормально воспринимается в гараже, но по меньшей мере странно - в гостиной.

  • "Дорогое Удовольствие" Тольятти февраль 2018

Концептуально это весьма напоминает определение "грязи" известного британского антрополога Мэри Дуглас: Сходными понятиями, располагающимися "между" природой и культурой и оттого служащими традиционным предметом для дискуссий, являются "вкус" сколько спорили о вкусе в XVIII веке! Проблематикой запахов изначально занимались представители самых разных профессий - и биологи, и антропологи, и психоаналитики, и социологи, и литературоведы, и лингвисты. В гуманитарных науках тон в ольфакторных исследованиях задают французы, что неудивительно: Поэтому в нашем сборнике среди переводных статей доминируют французские, хотя нельзя не отметить в англоязычном ареале замечательные труды Констанс Классен, Энтони Синнотта и Дэвида Хоувза.

И, конечно, мы постарались уделить особое внимание современной парфюмерии - духам и людям, которые эти духи делают. Отношение к аромату во многом определяет парфюмерная мода, а ее движущие силы - новизна и престиж, ограниченная доступность продукта.

В наши дни драматически тают ряды любителей ланкомовского "Tresor" - притом что в х годах, когда этот сладкий восточный аромат был новинкой, он пользовался исключительной популярностью. Некоторые фирмы прилагают нешуточные усилия, стремясь изменить сложившийся имидж старых духов.

В году дом Givenchy, ранее известный своим бестселлером "Amarige", также попытался привлечь молодых покупателей, выпустив духи "Oblique". Плавный овал флакона по форме напоминает пульт дистанционного управления; потребителю предоставляются на выбор три сменных блока: Ароматы рекламируются как "футуристические", а дизайн явно эксплуатирует эстетику техностиля.

Другой пример из сложной жизни классических духов - всем известная "Красная Москва". Этот аромат, десятилетиями пользовавшийся всенародной любовью, на самом деле был составлен еще в году знаменитым парфюмером Генрихом Брокаром, работавшим в России.

Духи тогда назывались "Любимый букет императрицы": После революции фабрика Брокара была переименована в "Новую Зарю", и бывший имперский аромат стал советским - изменилась только упаковка: Евсеев сделал новый дизайн красно-золотой коробки.

Так этот аромат, меняя идеологическую "окраску" и упаковку, умудрился остаться среди парфюмерных долгожителей. Итак, запахи и ароматы как предельно эластичная культурная модель каждый раз получают новое символическое наполнение в зависимости от требований момента.

Запах с легкостью воплощает наше желание быть другими, меняться и играть. Это идеальный знак, столь же чувственно-конкретный по форме, сколь и прозрачный, абсолютно пустой по содержанию. Но только на парадоксах, наверное, и может держаться эфемерная грамматика ароматов. Вкус и обоняние в большей мере субъективные чувства, чем объективные; первый состоит в соприкосновении языка, глотки и нёба с внешним предметом; второе [возникает] от втягивания посторонних испарений, смешанных с воздухом, причем само тело, испускающее эти испарения, может находиться на некотором расстоянии от органа.

Оба чувства близки друг другу, и тот, у кого слабое обоняние, всегда имеет притуплённый вкус.

"Ароматы и запахи в культуре. Книга первая"

Обоняние есть как бы вкус на расстоянии, и другим приходитсЛ слышать запах, хотят ли они этого или нет; поэтому оно, как противоречащее свободе, меньше содействуем общительности, чем вкус, когда из многих блюд или напитков гость может выбирать по своему желанию что угодно, не принуждая других употреблять то же.

Антропология с прагматической точки зрения. Ведь вдыхание запаха в легкие - нечто более внутреннее, чем вбирание пищи всасывающими сосудами рта или глотки. Чем легче жизненное чувство поддается впечатлениям чем более тонко и восприимчиво онотем человек несчастнее; чем более восприимчив человек к чувствам, связанным с определенным органом, но более закален в отношении своего жизненного чувства, тем он счастливее, -говорю счастливее, а не лучше в моральном отношении, -ибо он более властен над своим самочувствием.

Способность ощущать, возникающую из силы [субъекта] sensibilitas sthenicaможно назвать тонкой чувствительностью, а способность ощущать, возникающая из слабости субъекта, из неспособности в достаточной мере противиться проникновению в сознание чувственных влияний, то есть из [необходимости] обращать на них внимание вопреки воле, называется нежной впечатлительностью sensibilitas asthenica.

Какое внешнее чувство самое неблагодарное, без которого, как нам кажется, легче всего обойтись? Не стоит культивировать или тем более изощрять его ради наслаждений: Действуя внутрь субъекта, чувственное впечатление о человеке вызывает в нас чувства симпатии или антипатии, собственной возвышенности или приниженности, возбуждения либо успокоения при виде его или при звуке его голоса или просто при его чувственном присутствии в том же пространстве.

Все это служит не опознанию или определению Другого; лишь мне хорошо или не хорошо, когда он рядом и я его вижу или слышу. Его самого эта моя эмоциональная реакция на его чувственный образ не затрагивает. В противоположную сторону простирается измерение чувственного впечатления, когда оно становится средством познания Другого: Звучание языка и его значение являются, может быть, самым ярким тому примером.

Untersuchungen uber die Formen der Vergesellschaftung. ТЕОРИЯ ОБОНЯНИЯ говорит; как, с другой стороны, то, что он говорит, помогает нам узнать не только его мысли в данный момент, но и его душевную сущность, - так же, вероятно, обстоит дело и со всеми прочими чувственными впечатлениями; они ведут нас внутрь субъекта как его настроение и чувство и наружу, к объекту как познание.

По отношению к неодушевленным объектам это, как правило, две далекие друг от друга вещи. В их чувственной данности мы либо подчеркиваем их субъективное эмоциональное значение: Либо же мы хотим познать розу, или звук, или дерево - тогда мы используем для этого абсолютно иные энергии, зачастую осознанно отказываясь от первых.

То, что в этом случае сменяет друг друга почти без связи, по отношению к человеку, как правило, сплетено воедино. Наши чувственные впечатления о нем совместно и практически неразделимо превращают эмоциональное значение, с одной стороны, и использование их в целях инстинктивного или целенаправленного ознакомления с объектом - с другой, в основу нашего отношения к этому человеку. И то и другое - и звук голоса, и содержание сказанного, и внешний вид, и его психологическая интерпретация, притягательное и отталкивающее в атмосфере человека, и инстинктивный вывод, делаемый на ее основе о его душевной окраске и иногда также о его культурном уровне, - в очень различной мере и сочетаниях, конечно, выстраивают наше отношение к.

Среди органов чувств глаза созданы для уникальной социологической функции: Это, может быть, самая чистая и непосредственная взаимосвязь, какая вообще бывает. Обычно там, где сплетаются социологические нити, они обладают объективным содержанием и порождают объективную форму. Даже сказанное и услышанное слово имеет все же некое предметное значение, которое могло бы быть передано и еще каким-то другим способом. Но то живейшее взаимодействие, в которое вовлекает людей взгляд глаза в глаза, не кристаллизуется ни в какое объективное образование, и то единство, которое такой взгляд между людьми устанавливает, остается растворенным непосредственно в событии, в действии.

И так сильна и тонка эта связь, что осуществляется она только по кратчайшей, прямой линии между глазами, и малейшее отклонение от нее, малейший взгляд в сторону полностью разрушит уникальность этой связи. Тут не остается никакого объективного следа, какой обычно остается, опосредованно или непосредственно, от всяких видов связей между людьми, даже от слов, которыми они обменялись; взаимодействие умирает в тот момент, когда ослабевает непосредственность действия; но все общение людей, их взаимопонимание и взаимоотталкивание, их близость и их холодность друг к другу изменились бы непредсказуемым образом, если бы не существовало взгляда глаза в глаза - того, который, в отличие от простого смотрения или разглядывания Другого, означает совершенно новую и ни с чем не сравнимую связь между людьми.

Теснота этой связи обусловливается тем примечательным фактом, что взгляд, направленный на Другого и воспринимающий его, сам имеет выражение, проявляющееся в том, как человек смотрит. Невозможно глазами взять без того, чтобы одновременно отдать. Глаза обнажают Другому ту душу, которая пытается обнажить. Поскольку это происходит, как можно видеть, только при непосредственном взгляде глаза в глаза, здесь устанавливается самая полная взаимность во всей области человеческих отношений. Отсюда только становится окончательно ясно, почему стыд заставляет нас смотреть вниз, избегать взгляда Другого.

Несомненно, не только потому, что так мы освобождаем себя по крайней мере от того, чтобы чувственно констатировать, что Другой смотрит - и как он смотрит - на нас в этот неловкий и трудный момент; нет, более глубокая причина этого в том, что опускание моего взгляда частично лишает Другого возможности меня разоблачить. Взгляд в глаза Другого служит не только мне для того, чтобы познать его, но и ему для того, чтобы познать меня; по линии, соединяющей глаза, взор переносит к Другому личность человека, его настроение, его импульс.

Один человек присутствует для другого в полной мере не тогда, когда тот на него смотрит, а только тогда, когда он и сам смотрит на. Социологическая важность зрения в первую очередь связана, однако, с выразительным значением лица, представляющегося взору в качестве первого объекта при контакте между людьми. Мы редко отдаем себе отчет в том, насколько практическая сторона наших отношений зависит от взаимного знания, знакомства - не только в смысле всего внешнего или мгновенных намерений и настроений Другого, но того, что мы сознательно либо инстинктивно узнаем о его бытии, о его внутреннем фундаменте, о неизменности его сущности, - это неизбежно окрашивает наше моментальное и долговременное отношение к.

Лицо же является геометрическим местом всех этих познаний, оно есть символ всего того, что индивид принес с собой в качестве обстоятельств своей жизни, в нем отложилось все то из его прошлого, что осело на дно и превратилось в его постоянные черты.

Когда мы воспринимаем лицо человека в таком значении, хотя последнее и служит прежде всего практическим целям, в общение привносится надпрактический элемент: Лицо, рассматриваемое как орган выражения, имеет, так сказать, сугубо теоретическую сущность, оно не действует, подобно руке, ноге, всему телу; оно не осуществляет внутреннего или практического поведения человека, а только рассказывает о.

Тот особый, богатый социологическими последствиями тип "знания", который достигается благодаря зрению, определяется тем, что облик есть существенный объект межиндивидуального видения. Это знание-знакомство есть не что иное, нежели познание. До некоторой, хотя и очень непостоянной степени мы с первого же взгляда на человека знаем, с кем имеем. Если мы, как правило, не осознаем этого факта и его фундаментального значения, то потому, что мы, минуя этот сам-собой-разумеющийся базис, сразу же направляем наше внимание на опознаваемость особых черт и уникальных смыслов, которые будут определять наше практическое поведение по отношению к данному конкретному человеку.

Но если попытаться достичь осознания этого само-собой-разумеющего-ся, то поражаешься, как много мы знаем о человеке уже после первого взгляда на. Это не выразить в понятиях и не разделить на отдельные характеристики; мы, быть может, вообще не можем сказать, кажется ли он нам умным или глупым, добрым или злым, темпераментным или вялым. Все это - предмет познания в обычном смысле - суть скорее всеобщие свойства, которые он разделяет с бесчисленным множеством других людей.

А то, что нам сообщает первый взгляд на человека, не может вовсе быть разложено и сформулировано в понятия и выражения - хотя это навсегда останется тональностью всего, что мы впоследствии узнаем о нем; это есть непосредственное схватывание его индивидуальности, которую обнаруживает вид его, в первую очередь его лица, перед нашим взором, и при этом принципиально не важно, что тут происходит достаточно много ошибок и многое подлежит потом коррекции. Лицо являет взору самые наглядно совершенные знаки неизменной натуры человека и всего того, что из его жизненного опыта осело на неизменное дно его существа, но вместе с тем оно меняется под воздействием переменчивых моментальных обстоятельств.

Здесь имеет место нечто совершенно уникальное: В этом - крайняя социологическая противоположность между зрением и слухом: Ибо вышеупомянутое мгновенное настроение, которое, конечно, документируется и лицом, нам сообщается главным образом посредством речи, а в действительном эффекте зрения значительно преобладает постоянный характер познаваемой личности.

Поэтому социологическое настроение слепого совсем иное, нежели у глухого. Для слепого Другой фактически присутствует только в последовательности, в сменяющих друг друга высказываниях. Беспокойная и беспокоящая одновременность всех сущностных черт, следов всех прошлых переживаний, которая отображена на лицах людей, скрыта от слепого, и в этом, возможно, причина того мирного и спокойного, равномерно дружелюбного ко всем окружающим настроения, которое столь часто наблюдается у слепых.

Именно множественность того, что может показывать лицо, делает его часто загадочным; как правило, то, что мы видим по человеку, интерпретируется с помощью того, что мы от него слышим, в то время как обратное бывает много реже. Поэтому тот, кто видит, не слыша, гораздо более смущен, обескуражен и обеспокоен, чем тот, кто слышит, не видя.

Здесь, вероятно, заключен момент, важный для социологии большого города. Жизнь в нем, по сравнению с малым городом, обнаруживает гигантский перевес оптического восприятия Других над акустическим, и не только потому, что на улицах в малом городе человек сравнительно часто встречает знакомых, с которыми он обменивается парой слов и вид которых воспроизводит для него всю личность, а не только ее видимую часть; дело прежде всего в общественном транспорте.

До распространения автобусов, поездов и трамваев в XIX веке люди вообще не попадали в ситуации, когда они могли или должны были смотреть друг на друга в течение многих минут или часов, не разговаривая при этом друг с другом. Только что упомянутая большая загадочность человека, которого мы только видим, по сравнению с тем, которого мы слышим, является, в силу упомянутого дисбаланса, составной частью проблематики современного жизнеощущения, чувства дезориентации в жизни, одиночества и впечатления, что нас со всех сторон окружают запертые двери.

В высшей степени целесообразная в социологическом плане компенсация разницы между органами чувств заключается в том, что услышанное запоминается во много раз лучше увиденного, хотя то, что человек сказал, само по себе безвозвратно уходит, в то время как для глаза он представляет собой относительно стабильный объект - уже поэтому человеческое ухо гораздо легче обмануть, чем глаз.

Очевидно, что именно такая структура наших чувств и их объектов, в той мере, в какой этими объектами являются другие люди, определяет весь характер общения между людьми: Было бы праздной спекуляцией придумывать эту иную ситуацию, но осознание ее принципиальной возможности освобождает нас от слепого убеждения в том, будто человеческая социализация Vergesellschaftungкакой мы ее знаем, является чем-то само собой разумеющимся и, так сказать, не подлежащим обсуждению и что нет никаких особых причин, по которым она такова, какова она.

Применительно к крупным общественным формам эту догму устранила историческая наука: Но применительно к самым общим социологическим функциям, действующим между людьми, этот вопрос еще не поставлен.

Первичные, непосредственные отношения, которые будут определять и все более высокие образования, представляются столь согласными с природой общества вообще, что мы упускаем из виду тот факт, что согласны они только с природой человека; из особых условий таковой они поэтому и должны объясняться. Только что описанная противоположность зрения и слуха в их социологическом значении является, со всей очевидностью, продолжением той двоякой роли, к которой, как представляется, предназначен был глаз сам по.

Как всякий смысл реальности всегда распадается на категории бытия и становления, так они эти категории господствуют и над тем, как один человек хочет и может воспринимать другого. И - каков он в данный момент, что он хочет, думает, говорит? Этим, в общем и целом, и определяется разделение труда между чувствами.

С оговорками можно сказать: Изменения выражения лица не могут сравниться по многообразию дифференциаций с тем, что мы фиксируем ухом. То, что мы слышим, - это сиюминутное, это текучая составляющая существа человека. Лишь всякие вторичные знания и выводы открывают нам и в чертах лица человека выражения минутного настроения, а в его словах - его неизменные свойства.

Во всей остальной природе, открытой непосредственному чувственному восприятию, вечное и текучее распределены гораздо более неравномерно, нежели в человеке. Вечный камень и текучая река - вот полярные символы этой неравномерности. Один только человек для наших чувств является всегда в одно и то же время неизменным и меняющимся; и то и другое достигло в нем такой степени, при которой одно всегда измеряется другим и проявляется в.

Образование этой двойственности взаимосвязано с двойственностью зрения и слуха; ибо, хотя ни то ни другое не закрыто полностью для восприятий обеих категорий, все же в целом они созданы дополнять друг друга, так что глаз фиксирует неизменно-пластическую сущность человека, а ухо - его появляющиеся и исчезающие выражения. В социологическом отношении, далее, ухо отличается от глаза отсутствием той взаимности, которая возникает при взгляде глаза в.

Глаз по сути своей не может брать без того, чтобы одновременно давать, в то время как ухо - орган сугубо эгоистический, который только берет, ничего не отдавая. Его внешняя форма как бы символизирует это: Этот свой эгоизм ухо искупает тем, что, в отличие от глаза, не может закрываться или отворачиваться: Только вместе со ртом, с языком ухо порождает внутренне единый акт, в котором человек и дает, и берет, - но и то поочередно, так как невозможно хорошо говорить, когда слушаешь, и хорошо слышать, когда говоришь, в то время как глаза сочетают одно с другим в чуде "взгляда".

С другой стороны, формальному эгоизму уха противостоит его своеобразное отношение к частной собственности. Вообще, только зримым предметом можно "владеть", а то, что можно лишь слышать, исчезает вслед за моментом своего появления и не допускает обладания собою как "собственностью". Было, правда, одно диковинное исключение из этого правила, когда в XVII и XVIII столетиях знатные семьи стремились владеть музыкальными произведениями, которые были написаны только для них и не подлежали публикации.

Несколько концертов Баха возникли именно по такому заказу от одного принца. Владение музыкой, которая больше никому не была доступна, являлось делом престижа для семьи. С нашей точки зрения в этом есть нечто извращенное, ибо слух по самой сути своей есть нечто неиндивидуалистическое: Отсюда же проистекает особая душевная интонация того, что говорится исключительно для одного человека.

То, что один говорит другому, чувственно могли бы услышать бесчисленные третьи, если бы присутствовали при. Если же содержание сказанного эксплицитно исключает такую формально-чувственную возможность, то сообщение обретает за счет этого несравненную социологическую окраску. Почти не бывает такой тайны, которая могла бы быть передана посредством одних только глаз. Передача же посредством ушей вообще-то содержит в себе противоречие.

Она заставляет форму, которая сама по себе, чувственно, предусматривает неограниченное количество участников, служить содержанию, которое их всех полностью исключает. В этом - примечательная особенность устно сообщенной тайны, разговора с глазу на глаз: В обычных условиях не слишком много людей могут иметь одно и то же зрительное впечатление, но очень многие могут получать одинаковое слуховое впечатление.

Достаточно сравнить публику в музее с публикой на концерте; предназначение слухового впечатления, заключающееся в том, чтобы быть переданным единообразно и равномерно массе людей это предназначение никоим образом не только внешне-количественное, оно глубоко связано с глубинной сутью слухового впечатления социологически приводит публику в концертном зале в несравненно более тесное единство и общность настроения, чем у посетителей музея. Там, где в порядке исключения глаз сообщает большому количеству людей столь же одинаковое впечатление, также наступает объединяющий социологический эффект.

Тот факт, что все люди одновременно могут видеть небо и солнце, есть, я полагаю, существенный момент единения, предусматриваемого всякой религией. Ибо всякая религия обращается так или иначе - либо по своему происхождению, либо по своим формам - к небу или к солнцу и как-то связана со всеобъемлющим Сводом и со Светилом, правящим миром. То обстоятельство, что столь эксклюзивное в практике жизни чувство, как зрение, которое за счет разницы точек зрения модифицирует для каждого даже то, что одновременно увидено несколькими людьми, имеет все-таки одно содержание, которое абсолютно не эксклюзивно и открывается каждому одинаково, - небо, солнце, звезды, - должно, с одной стороны, способствовать тому выходу из узости и особости субъекта, который заключен во всякой религии, а с другой стороны, оно обеспечивает или облегчает единение верующих, которое также свойственно любой религии.

Отмеченные различия в отношениях зрения и слуха к их объектам определяют очень различные в социологическом плане отношения между индивидами, которые объединены на основе того либо другого. Рабочие в фабричном цеху, студенты в аудитории, солдаты одного подразделения ощущают себя так или иначе как нечто единое. Даже если это единство проистекает из надчув-ственных моментов, все же характер его определяется не в последнюю очередь тем, что существенной является для него именно функция зрения: Сознание единства в этом случае будет иметь гораздо более абстрактный характер, чем в том случае, когда находящиеся рядом люди еще и общаются друг с другом устно.

Зрение демонстрирует в гораздо большей степени, нежели слух, наряду с индивидуальными особенностями человека, заложенными в его внешности, еще и одинаковое для. Слух же передает всю полноту разнообразных настроений каждого отдельного индивида, течение и моментальные всплески мыслей и порывов, всю полярность субъективной и объективной жизни. Людей, которых мы только видим, мы гораздо легче сводим в единое понятие, нежели в том случае, когда мы с каждым из них можем поговорить.

Обычное несовершенство зрения способствует. Лишь очень немногие люди способны с уверенностью сказать хотя бы, какого цвета глаза у их друзей, или наглядно представить себе в уме изгиб рта человека, находящегося рядом с.

Они на самом деле и не видели этого; человек, очевидно, в гораздо большей степени видит в другом человеке то, что объединяет его с остальными, нежели слышит это всеобщее. Непосредственному возникновению весьма абстрактных, неспецифических социальных образований поэтому покровительствует - в той мере, в какой оно зависит от техники чувств, - в первую очередь зрительная близость при отсутствии возможности разговора.

Такая констелляция, ввиду вышесказанного, весьма способствовала возникновению современного понятия "рабочий". Это необычайно эффективное понятие, объединяющее в себе то общее, что есть во всех наемных работниках независимо от рода их деятельности, было немыслимо в прошлые столетия; тогда объединения подмастерьев зачастую были гораздо теснее и задушевнее, поскольку базировались они на личном и устном общении; тогда не было фабричных Цехов и массовых собраний. Только в последних, где человек наблюдал бесчисленное множество других людей, но не слышал их, произошло вычленение того, что было общим для них всех и что зачастую сковывается в своем развитии теми моментами индивидуальности, конкретности и переменчивости, какие передаются через слух.

По сравнению со зрением и слухом социологическое значение низших чувств второстепенно, хотя значение обоняния не настолько мало, как можно было бы предположить ввиду свойственной этому чувству тупости и неспособности к развитию. Нет сомнения в том, что каждый человек наполняет окружающий его слой воздуха характерным запахом, причем существенным для возникающего таким образом обонятельного впечатления является то, что аспект чувственного восприятия, касающийся субъекта, то есть его удовольствие или неудовольствие, в нем значительно преобладает над восприятием, направленным на объект, то есть познанием.

Обоняние не создает объект, как это делают зрение и слух, а остается, так сказать, заключенным в субъекте, что символически проявляется в отсутствии самостоятельных, объективных называющих выражений для различных запахов. Когда мы говорим "от него кисло пахнет", то это означает только "он пахнет так, как пахнет то, что кисло на вкус".

Обонятельные ощущения не сравнятся с восприятиями других чувств по описуемости словами, их невозможно спроецировать на уровень абстракции. Тем меньше сопротивления со стороны сознания и воли встречают инстинктивные антипатии и симпатии, которые связаны с окружающей человека сферой запаха и которые наверняка имеют зачастую большие последствия для социологических отношений, например между двумя расами, живущими на общей территории.

Принятие негров в высшее общество Северной Америки, похоже, исключено уже хотя бы из-за атмосферы, окружающей тело негра. И часто встречающуюся смутную взаимную неприязнь между евреями и германцами тоже объясняли этой причиной.

Личный контакт между образованными людьми и рабочими, который часто так активно пропагандируется в качестве важного фактора современного социального прогресса, - то самое, принятое уже и образованными в качестве этического идеала, сближение двух миров, "из которых один не знает, как живет другой", - оказывается невозможным просто в силу непреодолимости обонятельных впечатлений. Многие представители высших сословий, несомненно, пожертвовали бы значительной долей личного комфорта, если бы это потребовалось во имя морально-социальных интересов, они бы отказались от многих привилегий и удовольствий в пользу тех, кто не получил наследства, и если это на данный момент еще не происходит в больших масштабах, то наверняка потому, что для этого еще не найдены подходящие формы.

Но отдавать и жертвовать они согласились бы в тысячу раз охотнее, чем физически соприкасаться с народом, покрытым "благородным трудовым потом". Социальный вопрос есть не только вопрос этики, но и вопрос носа. Но это, разумеется, действует и в положительную сторону: До сих пор не оценено в достаточной степени то значение, какое имеет для социальной культуры следующий факт: Причем я полагаю, что повышенная в этом смысле чувствительность несет с собой в целом гораздо больше страданий, чем радостей, - запахи гораздо чаще оказываются отталкивающими, нежели привлекательными.

Современного человека шокируют и кажутся невыносимыми для его чувств бесчисленные вещи, которые менее разборчивые и нежные натуры принимают без какой-либо реакции подобного рода. Этим, должно быть, объясняются тенденция современного человека к индивидуализации и возросшая персональность и избирательность его связей.

С такой отчасти непосредственно чувственной, отчасти эстетической реакцией, как у него, уже не так легко вступать в традиционные объединения, в тесные связи, в которых не спрашивают о его личном вкусе, о его личной чувствительности.

И это неизбежно ведет к большей изоляции, к более четкому очерчиванию личной сферы. Может быть, на примере обоняния эта тенденция заметнее всего: В целом с ростом культуры действие чувств на расстоянии ослабевает, а действие вблизи усиливается; близорукими становятся не только наши глаза, а все органы чувств - но тем чувствительнее мы становимся на этих более коротких дистанциях.

Обоняние же изначально есть чувство, рассчитанное на меньшее расстояние по сравнению со зрением и слухом, и если мы не можем теперь так много объективно воспринимать с его помощью, как некоторые первобытные народы, то субъективно мы тем острее реагируем на обонятельные впечатления.

Это происходит в принципе так же, как и с другими чувствами, но в более сильной степени: Кроме того, изолирующий эффект обонятельного отвращения, которым мы обязаны утончению наших чувств, усиливается здесь еще вот чем: Обоняя атмосферу другого человека, мы воспринимаем его самым интимным образом; он, так сказать, проникает в виде воздуха в самую сердцевину наших чувств, и понятно, что при повышенной раздражимости по отношению к обонятельным впечатлениям вообще это не может не приводить к селекции и дистанцированию, которое образует в определенной мере одно из чувственных оснований социологического резерва современного индивида.

Характерно, что человек, отличавшийся таким фанатически исключительным индивидуализмом, как Ницше, очень часто говорил о человеческих типах, которые были ему ненавистны: Другие органы чувств наводят тысячи мостиков между людьми; те неприятные впечатления, которые были ими вызваны, они могут вновь компенсировать приятными, и переплетение положительных и отрицательных данных этих чувств придает ту или иную окраску всем отношениям между людьми.

Обоняние, в противоположность этому, может быть названо диссоциирующим чувством. Не только потому, что оно опосредует гораздо больше антипатий, чем симпатий; не только потому, что его решения имеют в себе нечто радикальное и безапелляционное и лишь с большим трудом могут быть отменены решениями других чувственных и умственных инстанций, но и потому, что именно ситуация, когда рядом находится много людей, никогда не доставляет обонянию каких-либо удовольствий, которые она хотя бы при некоторых обстоятельствах может породить для других чувств.

В целом обонятельный шок будет возрастать прямо пропорционально массе, в которой он происходит. Уже в силу самого этого факта утончение культуры означает тенденцию в сторону индивидуализирующей изоляции, по крайней мере в более холодных странах; на социальные отношения в южных странах, несомненно, оказало влияние то, что там в основном нет необходимости скученного пребывания людей в закрытых помещениях.

И наконец, искусственный запах играет свою социологическую роль, совершая своеобразный синтез индивидуально-эгоистической и социальной телеологии в области обоняния. Духи совершают посредством носа то же самое, что другие украшения - посредством глаз. Они добавляют к личности нечто совершенно безличное, взятое извне, однако настолько сливающееся с нею, что оно как бы исходит от.

Духи увеличивают сферу человека, как сияние золота и брильянта: Подобно одежде, духи покрывают человека чем-то, что вместе с тем призвано производить эффект собственного очарования его личности. Поэтому духи - типичное средство стилизации, которое растворяет личность в целом, однако дает ей характером своего воздействия на чувства более мощное и отточенное выражение, нежели ее непосредственная реальность. Духи перекрывают личную атмосферу, заменяют ее объективной и одновременно привлекают к ней внимание.

Предполагается, что аромат духов, создающий фиктивную атмосферу, будет приятен любому, что он представляет собой социальную ценность. Как и украшения, духи должны нравиться независимо от человека, субъективно радовать окружающих, и при этом доставляемая радость должна относиться на счет личности их носителя.

Ощущение, говорили когда-то, предшествует пониманию. В данном случае вкус ведет к знанию. Prenez le temps, taisez-vous, goutez! Blanc-Mouchet, avec la coll. Зверь пожирает, человек вкушает. Запахи служат ему для наслаждения, а не для охоты. Хищник чует только запах крови. Прежде чем восторженно вдохнуть разнообразный, живой букет запахов, который, подобно фейерверку, рассыпается множеством узоров и звезд, прежде чем ощутить переливающийся, бахромчатый муар, покрывающий щеки, словно четкая географическая карта, разделяющий верх и низ, пространство спереди и сзади, расписывающий узорами нёбный свод, обволакивающий со всех сторон язык, прежде чем узнать о существовании не одного, а нескольких языков, претворить объем в пестрое, разноцветное, татуированное, украшенное вязью пространство, прежде чем елей вина превратит единое во множественное и холодность в нежность, до того как наступит терпеливое, медленное, подробное узнавание, можно, наверное, напиться, утолить жажду, даже упиться, - и при этом ничего не почувствовать.

Ощущений нет, и человек говорит. Он узнал, что такое потребность, прибегнул, жаждущий, к целительному средству или к отраве, в любом случае - к наркотику, но ничего не ощутил. Анестезия отняла у него эстетическое чувство. Конечно, все оттого, что обоняние и вкус подчеркивают отличия, тогда как речь, подобно зрению и слуху, объединяет. Рот сперва складирует, затем тратит. Слова скапливаются в словарях, пища, замороженная, хранится в холодильниках, словно счета в банке.

Эфемерные - дифференцирующие - аромат и вкус исчезают, улетучиваются. Карта становится все более причудливой, словно легкий шелк, паутина. Она не знает ни складов, ни счетов, никакой ветоши. Подвижный муар, многосоставное тело.

Он требует у обоняния его праздничного богатства. Жадный, ничтожный, прожорливый, чавкающий, болтающий рот, повелительный, каким обычно бывает слабый, требует от носа, от слуха того, чем он похваляется. Варвары узнаются по тому, как они едят, шумя и болтая на убогом языке, не замечая ни летучих запахов, ни вкуса.

Они словно бочки поглощают все без разбора, едят и пьют вперемешку сладкое и соленое, заменяя нос ртом, сводя обоняние к вкусу, изысканное разнообразие - к грубым ощущениям. Вот сосуд, из которого расходится веер. Вот область нижней Гаронны, левый берег, где кончается лес, отступают болота, сливаются одиннадцать притоков, вот мягкий склон, ведущий к Икему, с которого видно, как, словно павлиний хвост, разворачивается карта местности, скатерть-самобранка.

Второй язык, неиссякаемый, скрытый до поры между двух других, целомудренный, не сказавший еще ни слова, не начавший вкушать, требует теперь молчания и времени. Их ему всегда не хватает. Не торопитесь, молчите, вкушайте. Из рога изобилия или вокруг маленького мохноногого тела птийы Юноны возникает пестрое, переливающееся, узорчатое, тигровое, муаровое, украшенное глазками тело.

Можно ли указать, сосчитать? Вот сменяют друг друга весенние цветы, шиповник и сирень, ломонос, плоды месяца мессидора вплоть до персиков, осенние и зимние плоды, груши, яблоки, виноград, грецкие орехи, за ними вдоль темного подлеска и сочных папоротников катятся лесные орешки, вот притаившиеся в сером перегное трюфели с липкой, смолистой кожицей, потом льются редкостные, приятные ароматы, запахи минералов, кремня, но и животные испарения, мускус и амбра, запах влажной шерсти, любовных игр, а вот, вслед за двумя букетами, растительным, затем животным и каменным - еще один, третий букет, изысканный, словно pizzicato в искусстве декламации, мелкие штрихи на ткани в разводах.

Попробуйте распознать их, эти эфирные запахи ацетона, ароматы мяты и герани, амброзию жасмина, ванили и липы, бальзам росного ладана, гвоздики, камфары, резкий аромат кофе и табака. Икем несет печать недальнего леса, хранит воспоминание о старинном арманьяке, напоминает о своем соседе, белом бордоском вине.

Но вот равновесие нарушено, перед нами самый край скатерти, павлиньего хвоста, резкая перемена, катастрофа, отвратительная смесь меркаптана, мазута, дегтя, сточных труб, серы. Закройте дверь, дует восточный ветер. Прямое мышление автострады растоптало, подобно гнусной и тупой толпе гуннов, выкорчевало с корнем виноградники, и нет больше сотерна, его герб разбит, карта разорвана, язык вырезан.

Автострада пересекает священный виноградник, и на него указывает установленный щит: Карта дорог строго расчерчена - с той прямотой, что заставляет проезжать через лес, не замечая его, и нагло, без единого слова привета, рассекать древний виноградник.

Не пересекайте виноградник, как пересекает море болтун, вы не увидите ничего, кроме зеленых и красных, в зависимости от времени года, листьев, как болтун увидит только море.

Изящество кремня, мощь известняка, елейность глины, исток всего этого - песок и гравий. Растительный букет, источающий резкий запах гниющего подлеска, уступает животному по силе запахов, более разнородных и тяжелых, не столь летучих, более густых и низких.

Регистр всегда нисходящий, за альтами следуют виолончели. Запах увядших цветов смешивается с вонью помойки, солома чернеет, превратившись в навоз, в подстилку для животных. Не отворачивайтесь, горожане, сладкий запах коров чарует мудрого. Обоняние, дающее ощущение встреч и союзов, редкостное чувство своеобразия, - претворяет знание в память, пространство - во время, а быть может, и вещи - в живые существа.

Обонятельные ощущения воздействуют на нас на физическом, психологическом и социальном уровнях. Однако в большинстве случаев мы вдыхаем окружающие ароматы, не осознавая в полной мере их значения в нашей жизни. И лишь когда по каким-то причинам у нас что-то не в порядке с обонянием, мы начинаем понимать, сколь важно восприятие запахов для психологического комфорта.

Один человек, утративший обоняние в результате черепно-мозговой травмы, выразил это следующим образом: Когда я потерял [восприимчивость к запахам], я будто ослеп. Изрядная часть вкуса к жизни ушла вместе с обонянием.

Мы даже не представляем себе, насколько этот самый "вкус" состоит из запахов. Мы ощущаем запал; людей, запах книг, запах города, запах весны Быть может, мы не фиксируем эти ощущения, однако они составляют исключительно важный бессознательный фон, на котором разворачивается жизнь.

Classen С, Howes D. The cultural history of smell. На вопрос о любимых запахах ответы последовали самые разнообразные: Ответы на вопрос о неприятных запахах не уступали в разнообразии: Интересно, что, хотя у многих людей фабричные духи вызывают вполне приятные ассоциации, многие причислили их к нелюбимым запахам. Некоторые подчеркивали физический дискомфорт, вызываемый у них запахом духов: Запах, ассоциирующийся с положительными переживаниями, может вызвать прилив радости; отвратительный запах или запах, связанный с неприятными воспоминаниями, - гримасу отвращения.

Roses, Coffee, and Lovers: The Meanings of Smell. Уайта "Даме, благоухающей духами на концерте": Мадам, струящая запах роз, С огнем в волосах и сережкой-жемчужиной, Меня привел сюда вовсе не нос, Скорее, мадам, нужны были уши. Коту под хвост концерт, мадам, - Спасибо. The Fox of Peapack and Other Poems. У некоторых людей такие ассоциации оказываются настолько сильными, что запахи, традиционно считающиеся неприятными, могут перейти в разряд любимых - и наоборот.

"Ароматы и запахи в культуре. Книга первая"

К примеру, запах бензина обычно считается неприятным, однако один из респондентов любил его, объясняя это так: Другой человек испытывал слабость к запаху стадионов, поскольку последний ассоциировался у него с любимым спортом.

Подобным же образом некоторые на первый взгляд нейтральные или приятные запахи - типа запаха моркови, мускусной дыни или цветов - вызывали у отдельных респондентов стойкое отвращение из-за связанных с ними тяжелых или неприятных воспоминаний: Два года назад, когда умер отец, мы поставили какие-то цветы перед его фотографией.

Теперь запах этих цветов напоминает мне о горе, беспомощности и маминых слезах - самых горьких из всех ее слез. Таким образом, восприятие запаха состоит не только из непосредственно обонятельных ощущений, но и из воспоминаний и эмоций, с этим запахом связанных4.

Запахи представляют собой важнейший элемент социальных отношений. Один из респондентов проведенного опроса отметил: Odor Sensation and Memory. Об индивидуальных обонятельных кодах см.: Odors and Private Language: Чтобы воистину почувствовать связь с любимым человеком, непременно нужно "уткнуться в него носом"". В самом деле, вскоре после рождения младенец начинает узнавать запах своей матери, а взрослые могут идентифицировать по запаху своих детей или супругов.

В одном из ставших уже классическими тестов мужчины и женщины выбирали из дюжины футболок одежду своих партнеров по браку - исключительно по запаху5. До эксперимента большинство из этих людей никогда в жизни не отдавали себе отчета в том, что запах может стать ключом к идентификации членов их семей. Однако, как показал эксперимент, запахи - пусть и на бессознательном уровне - регистрируются мозгом.

Несмотря на важнейшую роль, которую играет обоняние в нашем эмоционально-сенсорном восприятии, из всех человеческих чувств современная западная культура уделяет ему наименьшее внимание6. Чаще всего столь презрительное отношение к обонянию объясняют тем, что по сравнению с той ключевой ролью, какую оно играет в жизни животных, человеческое восприятие запахов можно считать атрофированным и ничтожным.

Спору нет, острота обоняния у людей не идет ни в какое сравнение с тончайшим чутьем некоторых животных, и 5 См.: Ответив на все предложенные вопросы и повысив таким образом "обонятельную сознательность", некоторые респонденты изменили свое мнение относительно значения запахов.

Так, один из них написал: Человеческий нос может распознать тысячи запахов, источники которых представлены в ничтожных количествах. И все же запах - исключительно трудноопределимый и сложный для изучения феномен. В отличие от, скажем, цвета запахи не имеют собственных названий - во всяком случае, в европейских языках.

Описывая тот или иной запах, мы вынуждены говорить: В царстве обоняния нам приходится полагаться на описания и воспоминания. Большинство предпринятых исследований в этой области носили естественно-научный характер. Были достигнуты значительные успехи в понимании химико-биологической природы обоняния, однако множество фундаментальных вопросов по-прежнему остаются без ответа.

Обоняние - это одно или два чувства одно - отвечающее за непосредственное восприятие запахов, а другое - регистрирующее выделяемые во внешнюю среду химические вещества без запаха - феромоны? Является ли нос единственной частью тела, воспринимающей запахи? Как и по каким параметрам производить объективные замеры запахов? Ргромное поле деятельности остается также для изучения Психологического аспекта восприятия запахов. Была проведена масса исследований с целью выяснить влияние запахов на работоспособность, настроение, рацион и.

Запах - феномен культурный, а значит, 7 См.: The Psychology and Biology of Fragrance. Если говорить о первых профессиях, времен, когда люди были обезьянами - фи- майнинг-фермах. Вы один из них? Он - У журналистов богатая фантазия Но ски все, связанные с физическим трудом, а закончится. Сильный пол XXI век Мир стремительно меняется и мы меняемся вместе с ним Или хотим так думать. Какими стали наши мужчины в XXI веке? Что мы утратили, а что сохранили, несмотря ни на какие социальные революции?

Об этом мы попросили рассказать самих мужчин Герой нашего времени - какой он, кто он? Как изменилась ролевая модель для 6 нового поколения?

Олигархи XXI века — это компьютерные гении в джинсах, которые в два клика Современная мужская мода, бьюти- управляют миром и глобальными тренды, пластическая хирургия и финансами. Готовы ли современные мужчины вернуть себе статус Сильного пола?

Объективно 7 Что останется девочкам нового поколения? Не будут ли они разочарованы, 8 не найдя своего Героя? Как можно обобщить генеральный мировой тренд - Курс на феминизацию Какие мужские качества неизменны?

Лозин, Забудут, как атавизм, этот навык. Очень наде- современной России — вот настоящие герои! Все вместе и каждый в отдельности. Недавно был командировке на юге России, компанию-партнера Малый, средний, не говоря уже о крупном бизнесе. Как научиться выживать в представлял летний коммерческий директор. Как лавировать в постоянно меняющихся речью, компетентностью, интеллектом, моментальными реакциями, широкими законах, нормах, толкованиях, особенно если правила игры меняются практически знакомствами, деловыми связями… Так что… Может не все потеряно?

Но ты всегда должен быть готов: И никого не волнует, как и. Современные бизнесмены создают Генеральный мировой тренд… Это глобализация. Города растут, рас- рабочие места, отвечают за других, занимаются благотворительностью, успевают ширяются мегаполисы, поглощая мелкие деревеньки.

Еще я искренне восхищаюсь волон- и при этом необыкновенно быстро происходит деградация населения… В театр терами. Добровольцы, которые готовы жертвовать своим временем, тратить силы, ходят единицы, одни и те же лица год за годом. Исчезает потребность читать например, на сохранение чистоты природы и борьбу за экологию. И то все реже. Но для Тольятти О ролевой модели для подростков… К сожалению, психология подрастаю- — это еще непривычнее, чем театр.

Зато какое количество супермаркетов! Не сын богатых родителей. Не выиграл в лотерею. Просто по умолчанию, раз вырос, то сразу должен быть миллиардером. И не важ- Новые олигархи… Это те, кто будет владеть самыми ценными оставши- но. Девочки тоже — все хотят замуж за богатого, то есть не работать, не делать мися ресурсами: При этом воду — главный вопрос.

Я спрашиваю, почему дома не покрасите? Дорого, говорят, Девочкам нового поколения… Героев не хватит. Вы не задумывались, почему стоят рабочие.

А сами не пробовали, взять ведро с краской и валиком закатать наука всегда опережает время? Сомнительный, с точки зрения христианства, тренд фасад? Как будто я сказал что-то неприличное. Так и в на ЭКО-оплодотворение за последние 25 лет стал массовым. Сдается мне, за детьми России сейчас, многие, даже летние, пляшут и поют, не у дел, без профессии. А мега-индустрия Делать руками ничего не умеют, но нанимать тоже скоро станет некого.

Старшее секс-причиндалов, всевозможные игрушки с батарейкам и без? Это ведь тоже замена поколение уйдет, новые - потерянные какие-то. Люди имеют все шансы перестать размножаться дедов- ским способом. Забудут, как атавизм, этот навык. О современной мужской моде… Мне грустно за женщин. Моду делают геи и, тем самым, своим видением дизайна формируют В современных мужчинах все еще остались… Не во всех, но в лучших я у молодежи гей-сознание — туфли на каблуках, бусы, косметика.

Есть все встречаю сугубо мужские качества — умение по-настоящему дружить, ответствен- шансы, что в обозримом будущем мужчин-натуралов останутся единицы.

Мужчина, который отвечает за свои слова, как правило, открыто и мия какая-то. О Герое нашего времени… Для того чтобы ответить на этот во- Готовы ли современные мужчины вернуть себе статус прос, необходимо определиться с понятиями.

Герой нашего времени Сильного пола? Объективно Я думаю надеюсь, объективночто должен обладать такими исключительными качествами, что за ним мужчины, несмотря на все издержки нашего времени, все же еще должен и может пойти каждый? Тогда параметры личности неиз- не потеряли, статус Сильного пола. В противном случае нас ждут менны и ценны в любое время, мы их все знаем. Лермонтовский Печорин - представитель нашего поколения со всеми плюсами и минусами, и здесь, конечно, картина не совсем приглядная.

О генеральном мировом тренде… Конечно, на сегодняшний Можно сказать, что у каждого конкретного поколения свои проблемы. Вообще, считаю, мы живем в переломный период, О примере для подражания нового поколения мужчин… но еще большой вопрос — победит ли тот генеральный мировой Ролевая модель практически не изменилась.

Другой вопрос, что каждый конкретный человек выбирает свой пример для подражания Про олигархов нового поколения и компьютерных гениях… в зависимости от многих факторов: Нет, скорее всего, это люди с совсем иными ценностями Современная мужская мода, бархат, стразы, перья… для и понятиями. Трудно сказать, как изменится мироустройство, ведь, меня загадка.

Я думаю, что это не простой и очень вости мужского пола, пока что иной модели развития общества в глубокий вопрос, напрямую зависящий от внешних и внутренних фак- глобальном плане мир не. Помните, как сказал английский клас- сик: Люди — это и страна, Трудно ли будет девочкам нового поколения найти своего где они родились, и ферма или городская квартира, где они учились Героя?

Девочкам, конечно, все труднее найти своего Героя! И это ходить, и игры, в которые они играли детьми, и сплетни, которые им не только проблемы мужского пола, но и женского. Это, вообще, довелось подслушать. Все это и сделало их такими, как они есть. Подобные явления встречались во все времена, правда, были присущи определенным сло- Какие мужские качества неизменны… Да многие, если это ям общества. Сегодня, конечно, это имеет более широкий размах, но мужчина в полном смысле этого слова. Основное - ответствен- одно дело, когда неоперившийся подросток кидается во все тяжкие в ность за свои поступки, за свою семью и близких, за свое место в переходном возрасте в поисках себя, чтобы привлечь внимание к своей этой жизни и, конечно, готовность и способность в любой момент персоне, другое дело — состоявшийся мужчина.

Для меня не понятно и в прямом, и в переносном смысле встать на защиту своих идеа- ни то, ни другое, и как личный опыт такая мода - просто неприемлема. Я считаю, что Герой — это уже тот человек, который органично совмеща- ет профессиональную деятельность, семью и увлечения. О ролевой модели для нового поколения… Она не изме- нилась. Всегда будут универсальные образы и типажи мужчин, которые не устареют. Современная мужская мода… Это выбор каждого чело- века.

Для кого-то это нормально, для кого-то нет, но то, что в целом люди хотят выглядеть хорошо, я не считаю чем-то порочным. Глав- ное, чтобы все оставалось в пределах разумного. Официальный дилер Готовы ли современные мужчины вернуть себе статус 10 лет в Тольятти! Мужчины и не теряли статус сильного пола. Это тот, кто держит свое слово, выполняет добросовестно России, если есть средства и желание - что в этом плохого?

Это человек, который не мусорит - в буквальном и в Готовы ли современные мужчины вернуть себе статус переносном смысле слова, кто помогает слабым и искренне Сильного пола? Президент Путин — лучший пример в любит свою семью. К сожалению, на таких героев мы обращаем. А ведь Герой - это человек, готовый жертвовать при этом — мужчина! И в валенках-тулупе по тайге, и за штур- собой и своим временем ради общего блага.

При этом с его действиями и решениями считается весь мир. О ролевой модели для нового поколения… Если посмо- треть глобально, к сожалению, ролевая модель отца уходит на О генеральном мировом тренде… Я оптимист, это. Причина — большое количество разводов, хотя Мне жаль, но у нас в стране сейчас не в почете производство, историй, где просто не считаются с мнением мужчины, тоже занимаются все кому не лень криптовалютой и тому подобным.

Много мальчиков в России воспитываются матерями- Это и есть тренд - НЕ работать! Им банально не достает мужского воспитания.

А для любого мальчишки нужен мужской пример, крепкая рука, Про олигархов нового поколения и готовность к переме- чтоб захватывало дух от силы своего отца. Мужчиной ведь не нам… Перемены уже наступили, но только для тех, кто хочет рождаются, им становятся от правильного воспитания, поведе- их принять.

Те, кто совершенствуются в бизнесе, занимаются ния, умения владеть собой! А у нас дети, к сожалению, больше саморазвитием, готов к обучению — выиграют всегда! Но самое получают примеры из социальных сетей, сериалов и игр. Куда-то исчезла в обществе потребность быть мужчиной, дер- жащим свое слово! Вижу, что молодежь выбирает Как найти Героя девочкам нового поколения?

Это прям модели для подражания из списка Форбс, но это люди, достиг- печаль. Сплошное Королевство кривых зеркал. Смотришь в телефон - одни спортсменки-красавицы-хозяй- цен, или просто по банальной причине наличия нужных связей. Девочек из хороших семей, имеющих за- мечательных родителей, вырастающих на хороших примерах, и Современная мужская мода и бьюти-тренды… Не кажут- впрямь жаль. Хочется пожелать им пропускать все социальное ся мне ужасными.

В этом у нас в России как и во всем другом мимо! Силиконом и гиалуронкой мозг и душу не накачаешь. Помните, какая была в х неоднозначная реакция на узкие джинсы, плюшевые майки и бусы на руках?

О неизменных мужских качествах… К счастью, остались Сейчас это в порядке вещей. Мое однозначное мнение - следить за в нас уважение к старшим, любовь к близким и редкое качество собой.

В Китае, и вообще в — не подводить других, особенно если обещал этого не делать! До этого она растворялась в крепком коктейле трио, связанная жестким контрактом. Чего еще ждать талантливой красавице? А когда бывало трудно, что-то не получа- решила связать еще в детстве. Снача- лось, возникали сомнения, тот ли путь я выбрала? Все мое цирковой академии на отделении эстрадно-джазового вокала. Уйдя из коллектива, Светлана записала сольную нравилось. Таинственная певица имела большой успех, однако после обучения сказала, что буду певицей.

Пройдя от- не популярную певицу с концертами, съемками и бор из более чем пятисот претенденток, Светлана Лобода стала постоянными гастролями? Моя бабушка Верой Брежневой и Надеждой Грановской. Но однажды Впрочем, спустя всего четыре месяца свободолюбивая певица в ее жизни появился мой дедушка, сотрудник ЦК. Он влю- ушла в сольное плавание. Сейчас в ее послужном списке три бился, но поставил условие: Но на упорно работали. Это и есть секрет Вашего успеха? Люблю свободу, вы правы. И мне нравится известности есть обратная сторона: Я — Ваши песни сейчас можно услышать везде, а в не знаю, когда снова смогу кому-то открыться и довериться, караоке их поют беспрестанно.

Как Вы сами объ- ведь несу ответственность не только за себя, но и за свою ясняете такой успех своего творчества? И мне бы хотелось, чтобы мой мужчина любил — Двенадцать лет я работаю круглосуточно, без выходных. Рано или поздно это должно было случиться смеется! И очень важный момент — у меня великолепная команда и — Вокальные способности в Вашей семье пере- лучший продюсер. Она сама со- — Благодарю улыбается. Конечно, отчасти это заслуга чиняет песни, играет на гитаре и барабанах, много фанта- моих родителей, которые одарили меня неплохой генети- зирует, постоянно придумывая какие-то истории, копирует кой.

Но и ежедневный труд дает свои результаты. Ежедневные занятия на персо- всевозможным спектаклям и представлениям, во время по- нальном коврике в любой точке мира. А мой педагог по вокалу, услышав, как чисто Ева инто- — Недавно Вы представили свой третий альбом нирует, сказал, что с ней нужно обязательно заниматься H2Lo.

О чем он, сколько в нем Вас самой? Так что помимо кружков, которые мы посещаем, — Альбом мы готовили более 5 лет.

Это абсолютно разные по состоянию души висимо от того, станет ли это ее будущей профессией или песни. Лирика и дэнс, немного электроники. Сейчас я не уверена, что хочу, чтобы она шла по моим чего в нем, по моему убеждению, нет, так это проходных стопам, но я не стану препятствовать ее выбору в будущем. Как сказала великая Шадэ: Хочу дать ей хорошее образование, хочу, чтобы она должаются мои туры по России, затем Германия, Израиль, выросла достойным человеком. Мои желания сконцен- Турция Америка.

Я привыкла, что в графике нет свобод- трированы на моей семье. И, думаю, если ты состоятелен ных дат. Не время для слабости: Часы Overseas, Vacheron Constantin, белое золото. Часы Jaeger-Le Coultre, нержавеющая сталь. Часы Chronoliner, Breitling, нержавеющая сталь. Часы Heritage, Longines, нержавеющая сталь. Часы PoloS, Piaget, нержавеющая сталь.

Часы Time Walker Date, Montblanc, нержавеющая сталь. Часы Ballon Bleude, Cartier, нержавеющая сталь. Часы Recital 12 Monsieur Dimier, Bovet, белое золото. Драматические коллажи с сумками из новогодней линейки, созданные в рамках креативной кампании, подчеркивают культурное наследие праздника, сохраняя при этом современный посыл бренда.

Свежая, радостная палитра оттенков приковывает взгляды, словно солнце, встающее над морским горизонтом. Так, например, минимализм невозможно представить без импрессионизма, который провозгласил в конце XIX века победу цвета над формой вспом- ните полотна Монеоднако торжество было недолгим, и к м у руля Valentino изобразительного искусства встали авангардисты, кубисты и прочие по- клонники строгих геометрических форм. Цветовое излишество и хаос были побеждены и отдали первенство четкости и лаконичности.

Людвиг Ми сван дер Роэ гениаль- но сформулировал девиз течения: Минимализм — это искусство передать свой образ и настроение через пару бесхитростных деталей. Оранжевое пальто Closed в любом гардеробе станет символом смелости благодаря вызывающе-яркому оттенку, тогда как total-look фиалкового David цвета от Joseph является синонимом Koma мягкой силы и гармонии. Чтобы создать стильный мини- малистичный комплект, необходимо каждый раз отвечать себе на вопрос: Такая работа требует не только вкуса, но и сосредоточен- ности.

Но поверьте, результатом этого непростого занятия станет внутренняя 18лет гармония и бесценный навык слушать — и слышать самих. Автостроителей, 96, 2й этаж, правое крыло. В его работах мода всегда чувственна, а красота — безусловна.

Бодрящий, как одеколон и стойкий, как туалетная вода — для самых энергичных представителей сильного пола. Эти древние символы имеют глубокое значение. А флакон, точнее его фактура и цвет, воспевает весьма традиционные мужские атрибуты: Тренировки нужны не только мышцам тела, но и коже лица.

Он укрепляет естественную защиту и барьер- ные функции клеток — для четких контуров, здорового вида и превосходного тонуса. Дизайн добавляет спор- 5 тивный интерес — блеск металла и цилиндрическая форма напоминают элементы штанги. Мальчик из семьи мелких торговцев с раннего детства рисовал. Кто знал, что рисунки оживут и станут завораживающей фэшн-реальностью.

Но именно свадебное платье дало ему зеленый свет как модельеру. Первое его творение было подвенеч- ным нарядом для сестры друга, выходившей замуж за европейца. Наряд произвел фурор, и судьба молодого ливанца была решена: Кстати, его первый бутик сва- Зухаир Мурад дебных платьев был открыт в столице Ливана Бейруте признается, что создание каждого в году, а позже появился второй — в Париже.

Ливанско- го дизайнера Эли Сааба Elie Saab можно назвать вундер- киндом от моды. Есть у Эли Сааба и другие, негласные, но очень почетные титулы. Например, титул королев- ского портного.

Этот, без преувеличения, шедевр стал одним из самых эф- фектных свадебных платьев в мировой истории — над ним трудились 25 человек в общей сложности часов.

Мечтая о платье един- ственном и неповторимом, она нашла лучший выход — создала его сама! Помог летний опыт работы редак- тором моды в американском Vogue, фантазия и безупречный вкус. Модные критики объясняют успех Веры Вонг тем, что она умеет искусно объединять классические и ультрамодные тенденции в свадебной моде. Звучит скучно, а получается потрясающе. Легкие летящие силуэты, русалочьи платья, демонстрирующие женственные изгибы фигуры, пышные королевские модели, делающие из невесты принцессу, уже давно оценили самые красивые и знаменитые женщины.

Обручальные кольца символизируют бесконечность и вечную любовь, а Брошь-подвеска, МЭЮЗ, благородный металл, из которого их изготавливают - белое золотознак надежности и ответственности.

Традиционный сапфиры, бриллианты камень аксессуаров для молодоженов - бриллиант - символ чистоты и непорочности. Copine представляет коллекцию высокотехнологичного эластичного трикотажа с азиатским акцентом. Благодаря оптимальному соотношению шерсти и высокотех- нологичных волокон каждая из моделей коллекции превосходно держит форму, не мнется, сохраняет цвет и защищает от холода. В коллекцию также вошла капсульная линейка совсем недавно появившийся в Kaptain Karl в морскомй стилистике, она выполнена в России, уже пришелся по вкусу красных, белых и голубых тонах.

Юбки его кошки Шупетт на некоторых моделях. Мода должна быть веселой и удобной, уверена Тамара. Ее юбки можно смело носить как со сникерсами, так и с высокими каблуками. В Рос- сии бренд доступен он-лайн. Дерзкий, наполненный энергией женственности аромат Gabrielle CHANEL, ставший одной из главных новинок осеннего сезона, создан для женщин, которые сами выбирают свой путь и нацелены на успех.

В феврале аромат выходит в новом флаконе 35 мл. Средство не только разглаживает и подтягивает контуры лица, делая их более четкими, но и увлажняет кожу, придавая ей моло- Осветляющий мусс Facial дой и здоровый вид. Cleansing Foam швейцарской марки Swiss line придает тусклой коже свежий вид и свечение, удаляя с ее поверхности слой омертвевших клеток и освобождая путь новым.

Лицо приобретает здоровое сияние и белизну благородного фарфора. Новая линия по уходу за кожей, созданная Dior для женщин от 25 лет, состоит из крема и пяти сывороток, предупреждаю- щих появление первых признаков старения.

После оплаты процедуры До После даже при похудении? Ответ в разновид- можно перейти к обработке другого бедра. Полный возврат денег при отсутствии зависит от питания и образа жизни, и он Суть методики в том, чтобы включить результата.

Если вы прошли стандартный же уходит при похудении. Но есть плот- гормональный жир в обмен веществ. Он откладывается в организма, так как имеет искусствен- обязуется вернуть вам затраченные средства. Главное достоинство процедуры он становится бесполезен для организ- в особенностях гормонального жира: Есть уникальный способ, который ная гарантия на сохранность результата.

Он блокирует силу кожи. Он содержит настоящую алмазную пудру, возрастные сигналы, заставляющие которая усиливает микроциркуляцию и запускает в фибробласты снижать выработку эла- эпидермисе процессы регенерации, выравнивая тон стина, и противодействует снижению кожи и придавая ей сияние.

Итальянский бренд профессиональной косметики для волос Davines представил отличное решение.